Паук

Если вы ищете хоррор — проходите мимо. Это фильм-медитация, фильм-болезнь, фильм-загадка.

Рэйф Файнс играет человека, чьё сознание — словно паутина: в ней спутаны воспоминания, страхи и вина. Он возвращается в район своего детства, где когда-то произошло что-то ужасное. Но правда ли это было?

Кроненберг показывает не события, а их эхо в сломанном разуме. Это кино — не о действиях, а о восприятии. Реальность здесь зыбка. Мать и любовница отца — одно лицо. Время — кольцо. Логика — иллюзия.

«Паук» — фильм о том, как психика пытается выжить после трагедии, запутавшись в собственных защитных механизмах.

Минимализм, сдержанные цвета, потрясающая актёрская игра и психологическая глубина делают его настоящей жемчужиной арт-кино.

9 из 10

Смотреть, если вам ближе Линч, чем блокбастеры. И если не боитесь заглянуть в темноту — не во внешнем мире, а внутри больной головы.

Дэвид Кроненберг, культовый мастер и автор фильмов вроде «Муха» и «Экзистенция», внезапно решил: «А что если снять кино без кишок, без слизней, без мутантов… но такое, чтобы зрителям всё равно было жутко и невыносимо?»

Всё началось с одноимённого романа Патрика Макграта, опубликованного в 1990 году. Макграт — британский писатель, специализирующийся, как утверждает «Гугл», на психиатрических драмах с элементами готического сюрреализма. Роман «Паук» написан от первого лица — и это важно, потому что у главного героя шизофрения, и он недостоверный рассказчик. Сценарий написал сам Патрик Макграт, адаптируя свой роман. Это одновременно плюс и минус: кто, как не автор, знает героя? Но с другой стороны — он слишком его знает. Сценарий сохранил нелинейность и зыбкость восприятия.

Скрипт сконструирован так, как будто автор каждый день завтракал депрессией и запивал её тёплым молоком из антидепрессантов. Кроненберг увидел в этом вызов: снять фильм, где ничего не происходит, но всё это очень глубоко.

Главный герой, Деннис «Паук» Клегг, выходит из психиатрической клиники и поселяется в унылейшем лондонском районе, полном дыма, ржавчины и убитых надежд. Он бродит по городу, шепчет себе под нос и вспоминает своё детство. А в детстве, как вы догадываетесь, всё пошло наперекосяк. Но фильм не спешит вам объяснить, что именно пошло не так. Он скорее говорит: «Ты сам разберись, зритель».

Минусы:

Темп — это не просто медленно. Это антидвижение. Этот фильм мог бы состарить младенца.

Сюжет — вроде бы есть, но где-то глубоко, под слоями мутных флэшбеков, символизма и психоза.

Монологи — точнее, их отсутствие. Большая часть диалогов — это нечленораздельное бормотание. Субтитры нужны даже носителям языка.

Мрачность — всё настолько тёмное и унылое, что даже Кристофер Нолан бы сказал: «Парни, может, лампочку-другую вкрутим?»

Финал — открытый, непонятный и, честно говоря, без малейшего катарсиса. Это словно не «додумай сам», это «автор сам не понял, чем закончить, но закончить надо…».

Актёрская игра — спасательный круг в болоте мрака. Надо отдать должное Рэйфу Файнсу: он играет потрясающе. Да, он бубнит, он не моется, выглядит как тень человека — но делает это так убедительно, что ты реально начинаешь беспокоиться за его здоровье. Миранда Ричардсон, играющая сразу несколько женских ролей (да, это часть психоза), тоже блистает.

Фильм малобюджетен — всего около 10 миллионов долларов. Но этот бюджет пошёл не на спецэффекты, а на атмосферу: заброшенные улицы Лондона, облезлые дома, туман и всепоглощающую тишину.

Режиссёр сознательно отказался от своих привычных приёмов: нет шок-контента, нет крови, нет монстров. Всё действие — в голове героя. Монтаж и операторская работа построены так, чтобы зритель постоянно сомневался, где заканчивается воспоминание и начинается фантазия.

«Паук» — это фильм, который притворяется умным, чтобы не признавать, что он скучный. Кино, которое пытается быть глубоким, но проваливается в собственную яму депрессии. Это не кино, это «бичевание артхаусом». Идеальный выбор, если вы хотите потерять веру в жизнь, кино и собственное восприятие реальности. Или же если вам нужно побыстрее прогнать шумную компанию гостей…

Если не думать о бэкграунде режиссера снявшего 'Муху', не пытаться искать тайные ключи и символичные 'коконообразующие' оборачивания газетой... Если просто довериться режиссеру и сценаристу, просто смотреть и думать о том, что ты видишь, то фильм становится понятным. Простым. Да. Но история от этого ничего не теряет.

Ты перестаешь искать знаки и вселенские спирали замыслов.

Настраиваешься на темп мыслей Денниса Клега и позволяешь авторам вести тебя за руку. Разрешаешь обмануть себя ложными воспоминаниями Клега и почти до самого конца веришь, что поломанный человек, всю жизнь проведший в сумасшедшем доме, вернулся туда, где жило то, что поломало его.

Позволяешь себе наивно, по-детски, как и тринадцатилетний Дэннис, поверить в то, что мы наконец увидим, обличим то, что изменило судьбу необычного, но нормального ребенка. Сейчас, вот вот, и мы с новой ниточкой придем к истине. Где похотливый отец, недостойный любви нежной и прекрасной матери, убивает ее. Приводит в дом развратную змею.

Ты позволяешь себе поверить в невменяемость отца, который яростно отрицает убийство жены.

И только когда лицо управляющей пансионом превращается в лицо барной потаскухи... Только тогда ты со стоном падаешь на колени. Только тогда ты понимаешь, что и лицо барной потаскухи выдумано. Что все. Все это - шизофрения, пауком наплетшая в голове мальчика свою сеть. Сеть, которая не рассыпалась и по сей день.

В какой-то момент ожидание катарсиса, оправдания надлома Дэнниса по вине отца бьет тебя под дых. Жестокой правдой. Правдой о том, что не все так просто. Не все можно объяснить чужим злом. Есть вещи в жизни, которые могут сотворить кошмар без всякой причины.

Это потрясает и бросает в отчаяние сильнее и горше ста миллионов измен и убийств похотливых отцов.

Это оставляет с мыслями наедине. У тебя нет живого персонажа, который своей судьбой и действиями учит тебя, помогает понять. Нет. В конце фильма ты получаешь лишь лицо крайне тяжелого психического расстройства. Лицо, которое на протяжении полутора часов ты ожидал увидеть пусть сломленным, пусть обделенным, пусть растоптанным, но честным.

Вместо этого, будто в насмешку, на тебя смотрит унылыми и пустыми глазницами беспощадное в своей беспричинности безумие.

Общее впечатление: Проведя 20 лет в доме для умалишенных, странный и нелюдимый Деннис Клег возвращается в мрачные закоулки Ист-Энда, где прошло его детство. Словно паук, он рыщет по паутине воспоминаний, опутавшей его больной разум, заново переживая боль и страх, ставшие его единственными друзьями в родном доме, больше похожем на ад.

Хитросплетения сюжета ловко вальсируют с настоящим и прошлым. Причем флешбеки в истории довольно интересно поданы. ГГ Деннис Клег окунается снова и снова в воспоминания, и зритель видит картину совсем маленького мальчика. Зачем? Дабы сложить все пазлы и собрать полноценную картину, да вот только так ли сильно нужны воспоминания мужчине? Деннис душевнобольной, а прошлое, словно ниточка связующего звена помогает не только ему, но и зрителям восполнить недостающие пробелы.

Роль ГГ исполнил Рэйф Файнс стопроцентное попадание в роль больного шизофренией человека. Все движения, мимика, жесты отточены до автомата. Помутненный рассудок героя наводит на мысли, что что-то здесь не так, могу даже сказать вам так, Файнс порою затмевал сюжет своим актерским мастерством, до того колоритный персонаж вышел!

«Паук» — в первую очередь авторское кино Кроненберга, темное, депрессивное без капли надежды. В этом фильме сливается выдумка и реальность, границ нет, но ближе к финальной части сгущаются мрачные события. И уже зритель словно паук бродит по лабиринтам мыслей маленького мальчика по имени Деннис. Кто он? Что скрывает? И стоит ли верить ему?

7 из 10

Поскольку читать книгу мне не приходилось, то судить могу исключительно о фильме.

Он меланхоличен и параноидален: с самых первых кадров до последних главный герой распутывает сети событий, произошедших много лет назад, в которые он был вовлечен. Наблюдать за этим чертовски интересно по ряду причин: Фаинс изумительный актер, имеющий широчайший спектр образов. Он вырисовывает глубокие психологические портреты личности, не примеряя каждый раз знакомые ему костюмы и адаптируя их под фильм - каждый образ уникален, в том числе и в этом кино. Помимо этого в фильме сконцентрированная атмосфера серой Англии, приводящая зрителя на дорогу между дряхлым домом и пинтой терпкого эля в баре. Не припудренная гламуром жизнь заграницы, а типичные статичные будни рутины. Это фильм о бытовых проблемах с небытовым отображением ситуации. Такое кино не развлекает человека поверхностным антуражем, а приковывает его взгляд к проблематике - вещи, которые окружают человека в реальном мире, но на которые глядит далеко не каждый. А главное... главный герой - это зритель, который шагает вместе с нами по воспоминаниям, пытаясь понять, что же тогда произошло в глубоком детстве. Чтобы проследить и понять, придется дождаться эпилога, поскольку все тайны этой картины держатся до ее кульминации. Недооцененная картина превзошла все ожидания.

Тема психически больных людей не была слишком популярна в мировом кинематографе, если это не убийца-психопат, способный добавить остроты сюжету. Данную тему решился взять Дэвид Кроненберг, по праву считающийся мастером фильмов ужасов. Он глубоко прочувствовал душевное состояние героя и смог отобразить его на экране.

Зритель отправляется в путешествие по больному сознанию Дэнниса Клега - шизофреника, вышедшего на свободу после длительного нахождения в психиатрической лечебнице. Он запутался в собственных гранях и искаженных восприятиях.

Рэйф Файнс успешно показал состояние главного героя. Зритель видит глубоко потерянного как в себе, так и в обществе человека. В манере держатся проработана каждая деталь:походка, речь, взгляд.

К сожалению, несмотря на интересную идею и её реализацию, в свое время фильм был обделен вниманием, но озакомиться с ним однозначно стоит.

«Паук» - вершина художественного таланта Кроненберга, мастерское исследование уже не коллективного, но индивидуального психоза. Картина так хороша прежде всего под двум причинам: блистательному без лакун сценарию Патрика Макграта на основе его собственного романа и беспрецедентной, феноменальной актерской работе Райфа Файнса, у которой можно учиться исполнительскому перевоплощению. Однако, при всей эстетической завершенности, целостности высказывания это в полной мере, может быть, больше чем остальные ленты Кроненберга, психоаналитический фильм, который невозможно понять без хотя бы зачаточных знаний в теории Фрейда и его последователей.

Душевное нездоровье героя Файнса Клегга (названного также, как и персонаж «Коллекционера» Фаулза, что неслучайно) бросается в глаза с первых же кадров, когда он сходит с поезда по его пластике, скованной мимике и невнятному бормотанию. По сути дела, сюжет фильма не развивается иначе как ретроспективно, вглубь детства героя, что помогает понять истоки его травматического опыта. Кроненберг не визуализирует посредством флэшбеков прошлое героя, но делает его свидетелем происшедшего (когда-то Шеберг во «Фрекен Жюли» впервые использовал этот прием, позже повторенный Бергманом в «Земляничной поляне», в театре Артур Миллер полностью построил на нем «Смерть коммивояжера»).

Расширение кадрового мнемонического пространства посредством присутствия героя создает эффект ложной памяти, поначалу обманывающей зрителя неверным видением ситуации в семье Клегга: мы видим прошлое его глазами, то есть человека, пораженного душевной болезнью, психотика, где спутанно воображаемое и реальное. Трагедия в жизни Клегга возникает из-за дифференциации в его сознании образа матери, нежелании принимать ее всецело такой, какая она есть, отсюда и конфликт с отцом. Символ паука, плетущего сеть, и идентификации героя с ним намекает на зачатки психоза в детстве.

По Лакану, отсутствие или повреждение отцовского авторитета, зыбкость отцовской инстанции, то есть недостаточная укорененность субъекта в Символическом и как следствие – патологически тесная связь с матерью, от которой часто психотик не отделяет себя, – главная причина психоза. Психотик – биологическое существо, живущее в Реальном, у него часто нарушена речь, он путается в знаковых цепочках, значениях и смыслах слов, не способен самостоятельно рационализировать свои бессознательные импульсы. Психоз – это когда бессознательное окончательно победило и разум сдался.

Ту же ситуацию мы видим в «Пауке»: алкоголизм отца, зыбкость его авторитета для маленького Клегга, психологическая спаянность с матерью продуцирует нежелание у ребенка видеть в ней женщину со своими сексуальными желаниями, нежелание делить ее с отцом, идеализацию, в результате чего и происходит наложение воображаемых образов на реальное положение дел, искажение и деформация отношений внутри эдипового треугольника. Не раскрывая повороты сюжета (ибо поиск первичной травмы при психоанализе всегда похож на детективное расследование, потому и движение вглубь прошлого Клегга подано Кроненбергом как разгадка некой тайны), можно лишь сказать, что режиссер и сценарист очень клинически точно передали механизмы зарождения психоза в детском сознании, показали, как травма, трагедия детства приводит к разрушению личности.

«Паук» несмотря на черепаший шаг сюжета, въедливость в описании детства, сложность переплетения воображаемого и реального в восприятии психотиком своего прошлого, несмотря на все это перед нами – очень драматичная фильм, страшный, мрачный, ибо не видит выхода из ситуации (уже Фрейд утверждал, что психозы в отличие от неврозов не лечатся, их можно только исследовать), но при этом содержащий парадоксальное утешение, человечный посыл. Это при бичевании культуры за ее низверженность в бездну Реального, за разрушение и попрание Символического, иерархического, отцовского Кроненбергу никого не жалко и потому фильмы («Видеодром», «Автокатастрофа») получаются жесткими и хирургически ледяными. При рассмотрении же частного психоза в «Пауке» режиссером руководит сочувствие, ведь болезнь, в том числе и психическая, – это всегда страдание, а когда разум сдается и бессознательное охватывает жизнь человека целиком, это невыносимо тяжело и страшно.

В 'Пауке' Кроненберга есть всё для эксплореров и вояджеров в мир пограничных и трансграничных человеку состояний. Прежде всего - нуминозная, оцепеняющая сила безумия, его убийственная бессловесная логика.

В 'Обеде нагишом' тронутый писатель-наркоман, опускаясь на психическое и социальное дно, собирает из реальности и галлюцинаций талантливые (по-видимому) тексты, сильно воздействующие на 'здоровых' читателей. Да и референс биографии Берроуза оправдывает и гуманизирует происходящее: автор жертвует собой ради создания ценности для зрителя/читателя.

В 'Пауке' безумец, пытаясь 'сложить пазл' из воспоминаний, галлюцинаций и реальности, тоже пытается творить. 'Творчество' возникает как побочный продукт 'сдвига': паучьи веревки, набитые карманы, каракули в блокноте. Но это уже не 'человеческое', это продукты жизнедеятельности чуждой биологической формы.

Вообще, чем дальше смотришь Кроненберга, тем интереснее. Вроде вот она - 'эволюция' режиссера, смена жанров, стилей, языка. И одновременно - одни и те же паттерны, начиная, скажем, с 'Сканнеров' и до 'Звездной карты'.