Конклав

Конклав — тот редкий случай, когда кино доставляет чистое эстетическое удовольствие и при этом не пустое внутри. Фильм выверен до миллиметра. Красный, чёрный, белый. Никаких полутонов. Только церковь, вера, долг, предназначение. Визуально — почти аскетично, но именно эта строгость и цепляет. Кадры холодные, симметричные, давящие. Пространство будто сжимается, и ты физически ощущаешь вес происходящего.

На первый взгляд кажется, что нас ждёт детективный триллер. Папа Римский умирает при загадочных обстоятельствах, кардиналы со всего мира съезжаются на конклав, за закрытыми дверями Сикстинской капеллы начинают плестись интриги. Но довольно быстро фильм меняет направление. Тайны смерти нет.

«Конклав» оказывается не детективом, а политической и этической драмой. Главный конфликт — сами выборы. Конклав здесь показан как сложнейший механизм с жёсткими правилами и ритуалами, которые нельзя нарушить. 120 кардиналов, изоляция, логистика, расписания, голосования, перемещения — всё это снято так масштабно, что поражает, при том что действие почти всегда происходит в замкнутых пространствах. Грандиозность внутри одной комнаты — это вообще отдельное удовольствие.

Кардинал Лоуренс становится моральным компасом истории. Мы застаём его в момент внутреннего кризиса: вера пошатнулась, отношение к церкви неоднозначное, желания участвовать в борьбе за престол нет. Но именно он должен провести конклав и не допустить, чтобы власть досталась неподходящему человеку. Очень сильный, тихий, внутренне напряжённый персонаж.

Фильм много говорит о вещах, о которых редко говорят прямо. Есть ли «плохие» нации. Можно ли бороться с людьми во имя веры. Чем должна быть церковь сегодня. Где заканчивается догма и начинается ответственность. Что вообще такое вера — подчинение, сомнение или постоянный внутренний диалог. Всё это раскрывается через разговоры, взгляды, паузы. Здесь диалоги важнее действия, и это огромный плюс.

Финал выходит уже на уровень универсальных обобщений — о власти, политике, выборах как таковых. О том, что чаще всего к власти рвутся те, кто не должен её получать. И что по-настоящему подходящий человек эту власть, как правило, не хочет.

Но всё таки, оставлю ложку дегтя в этот прекрасный мед. Новоиспеченный папа из Кабула, повесточка это или все-таки да? И, в конце, сюжетный ход с некоторыми особенностями его организма - мне немного смыли приятные впечатления от фильма.

И всё же, я сидела и смотрела, не отвлекаясь, с живым интересом. Без ощущения, что время утекает впустую. После череды фильмов, оставлявших только пустоту, «Конклав» стал настоящим глотком воздуха.

«Конклав» — это не просто политический триллер в стенах Ватикана, а мастерский пример того, как режиссура и операторская работа становятся главными рассказчиками. С первых же минут фильм погружает зрителя в атмосферу тревожной тайны, где за фасадом святости скрываются человеческие амбиции и грехи.

Визуальный язык как главный инструмент напряжения

Режиссер с первых кадров демонстрирует виртуозное владение кинематографическим языком.

Начало:

Сцена смерти Папы гениальна в своей лаконичности. Напряженная, строгая музыка, съемка Рейфа Файнса со спины и намеренно размытое тело Папы на втором плане — это четкий сигнал зрителю: важно не «кто», а «что». Смерть понтифика — лишь спусковой крючок для механизма интриг.

Работа камеры и цвета:

Динамичная сцена в церкви, где камера вращается вокруг кардинала Файнса, создает ощущение водоворота, в который он попадает. Цветовая палитра — отдельный персонаж. Яркие пятна красного, белого и оранжевого не несут радости; они, как предупреждающие сигналы, выделяют моменты греха, власти и лицемерия на фоне общей мрачности.

Политические игры и экзистенциальный кризис

Сценарий искусно ведет двойную игру, совмещая внешний политический триллер с внутренней драмой главного героя.

Фильм мастерски показывает, как священный ритуал превращается в поле битвы. Сцена голосования, несмотря на внешнюю статичность, подана с напряжением детективного расследования. Ненадежные рассказчики и раскрывающиеся тайны заставляют зрителя сомневаться в каждом из персонажей.

Кардинал Лоуренс (Рейф Файнс) — это образ совести в мире, где ее растеряли. Его внутренний конфликт становится центральной человеческой драмой на фоне циничной борьбы за власть. Окружающие его кардиналы — не карикатуры, а живые воплощения разных грехов.

Женский образ: Призрачная совесть Ватикана

Монахиня — это немое воплощение той самой паствы, которую призвана обслуживать вся эта мужская, клерикальная машина. Она — единственный персонаж, лишенный каких-либо амбиций. Ее роль — служить, наблюдать и молча осуждать. Она видит всю «кухню» власти: грехи, сговоры, лицемерие. Ее присутствие в кадре, особенно в моменты ключевых решений, создает эффект «глаз общества», напоминая кардиналам, что за этими стенами существует реальный мир, которому они должны служить.

Контраст с мужским миром:

В ее молчаливой, скромной работе заключена подлинная, негромкая святость, которая противопоставлена громким, напыщенным и грешным мужчинам в пурпуре. Она — живой укор и одновременно — символ той самой церкви, которая должна быть ближе к людям, а не к власти.

Финальный поворот: Не просто шок, а взрыв догм изнутри

Абсолютный «Чужой» в цитадели традиций. Кардиналы, потратившие дни на интриги и подсчеты голосов, в итоге сами того не ведая, избрали на папский престол того, кто фундаментально, на биологическом уровне, не соответствует многовековому образу Папы-мужчины. Это высшая ирония и божественная (или дьявольская) насмешка над их закрытой системой. Их политические махинации оказались бессмысленными перед лицом большей, неподвластной им тайны.

В конечном итоге остается чувство скомканности, потому что фильм не дает ответов. Он сталкивает зрителя с этой реальностью и заканчивается. Он не показывает последствий. Будет ли скандал? Примут ли его кардиналы? Это и есть главная мысль: система, погрязшая в грехах и интригах, оказалась не готовой к настоящему чуду и настоящей тайне. Она может породить её, но не может её осознать.

«Конклав» остается мощным и атмосферным киноопытом. Это фильм, который можно и нужно смотреть ради безупречной режиссуры, создающей напряжение практически из ничего, и ради тонкой игры Рейфа Файнса. Он поднимает сложные вопросы о вере, грехе и лицемерии, предлагая умный и стильный, хоть и не безупречный, политический триллер, где главное сражение происходит не за трон, а за души.

<i>Вступление

Слово «конклав» происходит от латинского значения «место, которое можно закрыть на ключ»: «cum clave».</i>

Фильм Эдварда Бергера вполне можно озаглавить именно так, ведь картина стартует со смерти Папы Римского и дальнейшее повествование рассказывает о процессе выбора нового папы. Как известно, процесс этот довольно долгий и новый глава церкви может быть выбран только при наборе большинства голосов.

Зачастую эти выборы полны подводных камней и проблем, что также отражено в картине Бергера.

Вообще фильм очень интересен, ведь он проливает свет на внутреннюю кухню римской католической церкви, на ее порядки, устои и подкованные интриги.

Не доводилось видеть фильмов на подобную тему, а потому не берусь утверждать, что данный проект лучший или один из лучших. Есть фильм 2019 года - 'Два папы', есть проект 2020-го - 'Новый папа', а потому для сравнения с 'Конклавом' кое что в мировом кинематографе имеется.

'Конклав' интересен, наверное в первую очередь благодаря той самой внутренней кухне, о которой рядовые граждане мало что знают. Большинство узнает об избрании нового папы после того как видят дым над Ватиканом (черный дым - неудачное голосование, белый - выборы прошли успешно). Соответственно 'Конклав' - это своеобразный 'проход' за кулисы жизни кардиналов.

Группы людей, объединенных общими целями и делами (в данном случае кардиналы) представляют собой строго очерченный ареал со своими уже веками сложившимися правилами и законами. 'Конклав' довольно подробно и правдоподобно рассказывает о процессе выбора нового папы и здесь стоит отметить не только заслугу режиссера, но и сценариста Питера Строхана, который в свою очередь под фильм адаптировал роман Роберта Харриса.

Естественно картина имеет отличия от книги (например персонаж Карлоса Диеса является филиппинцем, а не мексиканцем как в фильме), однако эти изменения незначительны (в этом как раз можно удостовериться на примере смены национальност одного из героев), а глобальная тема выборов папы со всеми нюансами была сохранена.

Конечно было бы странно, если бы Строхан исковеркал сценарий так, что фильм значительно разбился бы с романом. Однако кто его знает, а вдруг так было бы?! Все таки Белоснежку уже сыграла актриса колумбийского происхождения Рэйчел Зеглер, которая ну никак не тянет на принцессу с белоснежной кожей!!!

Ох, ладно, ну этих Белоснежек и русалок по имени Ариэль. Тут совсем другой жанр. Возвращаемся к 'Конклаву'.

В одном из эпизодов кардинал Лоуренс признается, что выбрал папское имя (так сказать задумывался о том, что он когда-нибудь может стать папой), что одно считать тонкой отсылкой режиссера к тому, что даже если человек отрицает свои желания, все равно мысленно он применяет на себя ту или иную роль. Как говорится, плох тот солдат, что не мечтает стать генералом. Эта поговорка вполне может относиться и к персонажу Рэйфа Файнса.

Как уже было сказано выше, 'Конклав' довольно подробно и правдоподобно рассказывает о нюансах выбора нового Папы и содержит достаточное количество отсылок к историческим фактам. Так, сюжетная линия, выходящая на финишную прямую, скорее всего задумуна именно таковой, какой оказывается в конечном счёте из-за слухов о том, что Ватикан проводил 'тест на пол' для кандидатов на папский престол, чтобы убедиться, что они мужчины. Согласно этим слухам существовал специальный стул с отверстием в сиденье для проверки, чтобы убедиться, что у будущего папы есть яички. Это представление возникло из другой, вероятно, ложной легенды о том, что в Средние века была женщина-папа, 'Папаша Иоанна', которая сумела скрыть свой пол, чтобы подняться по духовным ступеням и достичь папства.

Конечно, это лишь слух, который тем не менее поддерживался на протяжении столетий и дошел до нашего времени, однако он находит свое применение и в этом фильме, равно как и устоявшаяся фраза 'Когда Бог закрывает дверь, Он открывает окно', которую можно разглядеть в сцене, когда Лоуренс замечает, что запертые ставни, затемнявшие его комнату с момента изоляции кардиналов, снова открыты. Он открывает окно, чтобы выглянуть наружу, и видит, как три монахини выходят через дверь во двор.

Дверь остается открытой на мгновение, затем очень медленно закрывается за ними.

Итак, 'Конклав' - это увлекательное, продуманное, любопытное кино, которое действительно смотреть интересно даже несмотря на казалось бы скучноватую тему (особенно в эпоху боевиков и супергеройских проектов).

Интересен как сам фильм, так и детали, которые скрыты от глаз обывателя, но становятся доступными при погружении в исторические 'дебри' Ватикана.

<b>ФАКТЫ</b>

- Самый короткий папский конклав в истории состоялся в октябре 1503 года и длился всего несколько часов. Это произошло после смерти папы Пия III, правление которого длилось всего 13 дней, кардиналы собрались снова и быстро избрали кардинала Джулиано делла Ровере. В свою очередь самый продолжительный конклав в истории длился 33 месяца и был посвящен выборам Папы Григория X в 1271 году.

- По данным Variety, после смерти Папы Франциска просмотры фильма подскочили на 283%, достигнув почти 7 миллионов минут просмотра.

Впрочем, смотреть Вам. Свое мнение никому не навязываю.

Приятного просмотра.

8 из 10

Церковно-католический триллер с элементами детектива и явным антифашистским посылом. Умирает Папа Римский — в Ватикан съезжаются кардиналы со всего мира, чтобы провести конклав и выбрать нового понтифика. С этого момента перед зрителем разворачивается как внешняя, так и закулисная борьба за власть внутри церкви — политическая, идеологическая, и по-своему очень человеческая.

Главный герой — кардинал Лоуренс. Он сам входит в число претендентов, но руководствуется не амбициями, а стремлением к чистоте процесса. Педантичный и вдумчивый, он шаг за шагом собирает информацию, вскрывает сомнительные связи и компромат на некоторых участников. Всё — ради того, чтобы итог выборов был безупречен, а не угоден тем или иным силам.

Главный антагонист — харизматичный итальянский кардинал с ультраправыми взглядами. Он уверенно идёт в лидерах, но его образ будущего церкви вызывает тревогу — слишком много в нём от фашистской риторики.

Есть и третий — фигура извне. Священник, который по какой-то закрытой процедуре был заранее назначен преемником ещё при живом папе. За спиной — годы службы в горячих точках: Конго, Афганистан, лагеря, войны. Он отрешён от политических игр и открыт только одному — Лоуренсу. Видит в нём настоящего лидера, несмотря на то, что сам Лоуренс всеми силами просит не голосовать за него.

Драма развивается через диалоги, моральные выборы и тонкие тактические ходы, а не за счёт резких поворотов. Финал — не просто развязка, а выдох надежды: на обновление, на честность, на возвращение церкви к своему изначальному смыслу. И всё это — на фоне жёсткого и недвусмысленного отказа от фашизма в любом его проявлении.

8 из 10

Не знаю, как вы, но когда я включал фильм про выборы Папы Римского я готовился к пафосу: к органам, фрескам, тихому заговору под латинские шёпоты. А получил… Триллер. Детектив. И почти что исповедь.

«Конклав» – это не про кардиналов и кадило. Это про людей, которым дали власть и совесть, и оставили наедине с Богом и друг с другом. Это как «12 разгневанных мужчин» (под 80), если бы у них были сутаны и подозрение, что кто-то из них знает нечто ужасающее.

Красота тут не в витражах (хотя и витражи хороши). Красота в сдержанности. В том, как каждый кадр будто соткан вручную, как фреска, только не Ренессанс, а модерн – симметричный, тревожный, идеальный до неловкости. Внутри – волнение, снаружи – благородный фасад. Визуально фильм настолько выверен, что хочется пересмотреть сцены просто ради композиции. Как в музее, где картина вдруг начинает говорить с тобой про справедливость, страх и одиночество в толпе.

И в центре всего этого – он. Кардинал Лоуренс, в исполнении Рэйфа Файнса. Что тут скажешь… Это как смотреть, как человек учится быть хорошим. Не «правильным», не «безгрешным», а именно хорошим – в мире, где это давно не модно. В его взгляде и скорбь, и стыд, и тёплая, не показная любовь к людям. Он идёт по фильму, как человек с тяжёлым сердцем, но лёгкой походкой. Как будто на него упала вся церковь, а он вместо жалобы встал и пошёл.

Сюжет, как и положено, прост и сложен одновременно. Тайна, подозрение, интриги. Но всё это — фон. Главное — разговор. Между идеологией и человечностью. Между верой как системой и верой как живым телом. Тут не дерутся за власть, но дерутся за право говорить от имени Бога. Что, согласитесь, немного ответственнее, чем борьба за мандат в думу.

Фильм не делает вид, что он умнее зрителя. Он просто ставит тебя в комнату, где пахнет ладаном, пылью, страхом и говорит: смотри. Смотри, как прошлое пытается договориться с будущим. Как традиция сталкивается с мыслью о справедливости. И как старый, уставший мир всё ещё может родить новое слово. Не потому что должен, а потому что больше некому.

Я смотрел и «Призрака», экранизацию другой книги Роберта Харриса, и ощущения похожи. Там тоже была эта около-нуарная атмосфера и ощущение тревоги, которое не отпускает даже на финальных титрах. «Призрак» — крепкий триллер без понтов, но с идеей. Единственное, что отличает его от «Конклава», — картинка. У Полански это выглядело чуть старомодно (всё-таки 2010), с вымытыми красками и холодными пейзажами. А у Бергера — как будто кто-то подкрутил насыщенность и расставил кардиналов, как шахматные фигуры, в идеальной симметрии. Он добавил к саспенсу красочную гармонию, сделал тревогу красивой. И она от этого стала только сильнее.

И да, удивительно, но это действительно напряжённый триллер. Без погонь, без взрывов, без наручников в финале. Просто сотня мужиков в красном сидят в зале и решают, кого из них сделать наместником Бога. А ты смотришь и не отрываешься.

Конечно, это не шедевр на века. Иногда кажется, что фильм боится быть более радикальным, более жёстким. Но, возможно, в этом и дело: «Конклав» не хочет ломать. Он хочет понять. Услышать. Понять и сказать: «Мы всё ещё можем выбирать не только между плохим и худшим». Мы ждём перемен. Мы открыты к ним.

8,5 из 10

За мудрость без занудства, за голос совести без громкого мегафона. И за то, что в мире, где все кричат, этот фильм шепчет. Но ты слышишь.

Кино нередко выдает нам пророчества.

Вот и в этот раз нам показывают, как внезапно умирает Папа Римский, и смерть его запускает борьбу за святой престол. И хотя «ватиканский триллер» был снят с 2024 году, показанные в «Конклаве» события напоминают нам год 2025, когда неожиданно преставился Папа Франциск. Как тут не вспомнить и другой, более попсовый фильм о Ватикане - «Молодого папу» Паоло Соррентино с Джудом Лоу в главной роли. Ведь новым Папой впервые в истории римской католической церкви в 2025 г. стал американец Роберт Превост (что совпадает с сюжетом сериала Соррентино).

Хотя я не могу назвать себя человеком глубоко верующим, было интересно увидеть изнутри сам процесс - так как же все-таки выбирается Папа Римский. Официально - путем множественных туров голосования, пока не будет достигнуто требуемое количество голосов. Неофициально - путем подковерной борьбы, существующей даже в святая святых. Поэтому, видимо, вновь избранный Папа и берет себе имя Иннокентий, что в переводе с латыни означает «невинный», чтобы подчеркнуть свою отстраненность от склок и всего личного.

Зрители видят, что католические кардиналы - это такие же карьеристы, как и все остальные, готовые сожрать своего брата во Христе, т.е. соперника, который встанет у них на пути. И неудивительно, ведь люди смертны и несовершенны, а значит, обычны – даже святые отцы курят сигареты, посещают кафетерий и пользуются автобусами, мобильными телефонами и копировальными аппаратами. А еще каждый кардинал в глубине души надеется стать Понтификом, даже если и не признается себе в этом, и, оказывается, даже заранее выбирает себе папское имя – так, на всякий случай.

Иронично, что внутренняя кухня Ватикана демонстрируется нам как в переносном, так и в прямом смысле. Мы видим, как монахини, отвечающие за «святой» общепит, готовят цыплят, лепят равиоли и что-то там еще помешивают в тазах и чанах.

Райф Файнс опять играет нервного, уставшего, печального, даже несчастного, но принципиального человека-перфекциониста, который никак не может жить вразрез со своим морально-нравственным компасом. Становится ли он от этого счастливее - большой вопрос. Зато хотя бы не несчастнее.

Выборы папы напоминают политические выборы, когда зачастую приходится выбирать не того, кого хочется, а из двух зол меньшее. В контексте фильма: что лучше, что хуже - например, выбрать папу, когда-то служившего в Гитлер Югенд, или папу, ущемляющего права гомосексуалистов? Увы, католические священники связаны не только обетом безбрачия, но и узами политкорректности.

И хотя любые крайности (ксенофобская и излишне реакционная позиция кардинала Тедеско) не приводят ни к чему хорошему, его упрек в адрес излишне либеральных тенденций в католической церкви, положенных англо-саксами и ведущих к разложению, вполне понятен. Поэтому выход в золотой середине, в балансе, в мудрости. Очень хочется верить, что новый папа Иннокентий станет воплощением всех этих качеств. Дьякон Томас Лоуренс (герой Файнса) тоже мог бы стать очень достойным Папой, но у него налицо комплексный личностный кризис, где смешались сомнения в себе, церкви, правильности выбранного им пути, понимание бренности всего живого и вместе с тем стойкая вера в высший разум и божественное провидение. На открытии конклава Лоуренс выступает с очень проницательной речью, давая четкое определение веры. Вера - это не знать что-то на сто процентов, ведь знание убивает веру. Точнее, обнуляет ее. Вера - это надеяться, спотыкаться, падать, подниматься и идти дальше. И пусть для себя я выбираю знать (после долгих размышлений ко мне пришло понимание, почему я не очень религиозный человек), я допускаю, что для кого-то вера является жизненно необходимым моментом.

Возвращаясь к пророчествам, новая роль когда-то сыгравшего Папу Римского Джуда Лоу - это Владимир Путин времен его первого президентского срока. Интересно, нам что-то пытаются сказать или готовят нас к чему-то в игровой форме?

7,5 из 10

Если вы когда-нибудь хотели посмотреть, как происходят выборы нового Папы Римского после безвременной кончины старого, то фильм «Конклав» немецкого режиссёра Эдварда Бергера предоставит вам такую возможность. Постановщик громко заявил о себе два года назад, на удивление удачной и аккуратной экранизацией культового романа Эриха Марии Ремарка «На Западном фронте без перемен». Стремительно подняв свои ставки в профессиональном сообществе, Бергер взялся за адаптацию другой книги – признанного мастера политического детектива Роберта Харриса. «Конклав» это сочетание разговорной драмы и психологического триллера, раскрывающее всю подноготную тех людей, кто по роду деятельности призван нести просветление в массы. Конечно, репутация служителей Ватикана после череды постыдных скандалов, в том числе и сексуальных, и без того не самая завидная, но как бы ни относился к папским сановникам простой народ, а эти люди по-прежнему обладают огромной властью в церковных кругах. Понтифик же, пусть официально и не признаётся теперь самым могущественным человеком в Европе, как это было в Средние века, но от него в нашем мире зависит очень и очень многое.

События книги Харриса, вышедшей в 2018 году, и фильма Бергера, основаны на реальном конклаве, который Коллегия кардиналов собирала в 2013-м после ухода на покой Папы Бенедикта XVI, когда в итоге был избран недавно скончавшийся глава престола Франциск. Следуя многовековой традиции, выборы понтифика проходят в строжайшей секретности и за закрытыми дверями. Никому из мирян не положено знать, в какой атмосфере кардиналы выдвигают из своих рядов наиболее достойного, и какие неприглядные факты ставят крест на амбициях его соперников. Картина «Конклав» хотя бы до некоторой степени утоляет голод по этому знанию. Персонаж Рэйфа Файнса, декан Коллеги Лоуренс, руководит церемонией, попутно переживает кризис веры, успев к моменту начала фильма разочароваться в церкви как в учреждении. Во многом против собственных желаний, ему приходится выступать голосом благоразумия между противоборствующими сторонами. Причём, в духе нынешних времён, настроенные друг против друга кардиналы глобально мало чем отличаются по своим воззрениям. Герой Стэнли Туччи, к примеру, типичный либерал, считающий главным курсом возможного папства расширение прав женщин. Он люто не приемлет взглядов главного оппонента в исполнении Серджо Кастеллитто – тот, напротив, отрицает любые шаги навстречу компромиссу и мечтает чуть ли не о возврате славных инквизиторских традиций. Ещё один фаворит гонки имеет высокие шансы… просто потому, что он чернокожий. Насколько все эти достопочтенные старцы в глубине души по-настоящему религиозны – судить зрителю.

А режиссёр «Конклава» постарался сделать фильм максимально зрительским – что при такой стилистике, с уклоном в диалоги и антураж, было непросто. Эдвард Бергер, и это чувствуется, с пиететом относится к Ватикану и связанным с ним шедеврам архитектуры. Кинолента покоряет величественностью дворцов, лестниц, лекториев и даже столовой с кухней. Значимость христианской веры и, соответственно, авторитет её проповедников не подлежит никакому сомнению, но кино это всё-таки не про дела церковные, а про самую банальную жажду власти. Солидные господа в сутанах, с огромными крестами на груди точно так же хотят повелевать и управлять, как любые чиновники, и перед ними у Бергера нет никакого лебезятничества. Скорее наоборот: постановщик со смаком роется в грязном белье, выставляя напоказ неприглядные факты, а чтобы заточенность на разоблачение не так сильно бросалась в глаза, немцу и понадобился Файнс на главной роли. Великий актёр исполнил, без сомнения, одну из лучших ролей лет за десять. Декан Лоуренс проходит путь от неохотного канцеляриста до подлинного наставника для тех, кто по логике вещей сами должны направлять его действия. Против своей воли и он становится участником предвыборной гонки, а с каждым этапом его слово обретает всё больший вес.

Впрочем, не зря «Конклав» создан автором политических детективов: с интригой в кино полный порядок, и ни одна задействованная в этой истории фигура не появляется здесь просто так. В том числе и героиня Изабеллы Росселлини – старшая сестра Ватикана. Её устами произносится мощнейший монолог о моральной ответственности Папы Римского, в том числе и перед теми, кто отдал ему голоса, не только перед миллионами католиков. Остальные исполнители, а тут их целое созвездие, не отстают от Росселлини, так что по-актёрски «Конклав» – выдающееся кино, просто созданное собирать награды от строгих академиков. Пожалуй, слегка портят его лишь две вещи: затяжной хронометраж и спорная концовка. То ли авторы хотели этим еще крепче «быть в тренде», то ли настолько странно всё в нынешнем Ватикане. Как бы то ни было, а эта картина наверняка войдёт в списки лучших постановок 2024 года и станет несомненным подарком всем поклонникам таланта Рэйфа Файнса.

Фильм «Конклав» по умолчанию вызывает интерес для современного зрителя, поскольку для значительного числа людей, непогруженных глубоко в аспекты католицизма, Ватикан ассоциируется именно с мистикой и загадками, а не с тяжелым религиозным служением (спасибо современной литературе, видеоиграм и парочке знаменитых сериалов). Актуализируют фильм и текущие события, связанные с выборами нового главы Престола.

И, стоит сказать, что фильм действительно не ставит никаких специфических религиозных или церковных проблем. В схожей манере можно было показывать любую другую политическую общественную структуру; Ватикан здесь - просто известная декорация. Первая половина фильма, следуя мистическому восприятию Ватикана, поддерживает детективную атмосферу: кардинал Лоурэнс, герой Рэйфа Файнса, пытается разобраться в подковерных играх своих «коллег» - фаворитов на пост Папы Римского.

Прежде всего, стоит похвалить Файнса за актерскую игру. Его персонаж построен на удерживании эмоций, в связи с чем зритель в явном виде переживает ключевые события фильма, следя за эмоциональными взрывами Лоурэнса. Ну и постановка с операторской работой, как всегда, выше всех похвал - современные киноделы умеют делать красивые планы.

Упомянутая детективная линия, занимающая большую часть экранного времени, также довольно крепкая. Ее достоинство в том, что события происходят в замкнутом пространстве, в связи с чем каждая новая деталь провоцирует соответствующие диалоги, которые заставляют чувствовать эмоциональное напряжение героев.

Но, к сожалению, до конца выдержать заданную атмосферу режиссеру не удалось. Во-первых, процесс голосования показан скомкано, несмотря на то, что является основой фильма. Прежде всего, первые туры голосования предшествуют полному раскрытию взглядов кандидатов, что затрудняет восприятие и превращает сцену в перечисление имен. Более того, непосвященному зрителю непонятно, как перераспределение голосов в двух следующих друг за другом турах может быть столь значительным. Возможно, авторам стоило хотя бы намекнуть на причины этого.

Вторая проблема картины связана с позиционированием кардинала Лоурэнса. Лично я увидел, что Файнс играл именно «профессиональную» проблему человека, на которого возложена значительная ответственность, и тут не нужно никаких ответвлений. Но авторами (с непонятной целью) были в некоторых сценах заявлены духовные и личностные переживания героя, а также его амбиции, очевидно не связанные с каким-либо профессиональным благородством. Раскрыты же эти переживания были лишь в нескольких коротких диалогах «я устал, я ухожу; нет я останусь», несмотря на то, что сам фильм, казалось бы, про диалоги. Даже словесное описание поручений, которые герой Файнса дает своему подручному, занимает больше времени.

Третья проблема - финальный «вотэтоповорот». Концовка стала самой слабой частью фильма. И дело тут вовсе не в идейных взглядах автора (показать можно что угодно, главное сделать интересно). Именно монтаж фильма, до сих пор не вызывающий нареканий, заставляет финал выглядеть нелепым. Предшествующая финальной сцене дискуссия кандидатов, каждый из которых имеет своих укоренившихся сторонников и известные всем другим кардиналам «политические» взгляды (иначе кто бы за них голосовал и почему бы они считались фаворитами?), только повторяет известные позиции. Да, для зрителя они может и новы (с точки зрения подробности изложения), но только потому, что нам не раскрыли персонажей до этого (кстати, почему эту сцену не дать в начале?). Кардиналы же априори не могли сделать из этого спора каких-либо судьбоносных выводов. При этом сразу после упомянутой дискуссии зрителю демонстрируют существенные изменения в структуре голосования и сразу, как обухом по голове, добавляют «повесточку», которая не так плоха сама по себе (вписана в интересный контекст религиозной догматики), но выглядит слишком надуманно в финальном монтаже.

По итогу: блестящая игра Файнса и общая атмосфера Ватикана делают этот фильм заслуживающим просмотра. Но непреодолимое послевкусие заключается в мысли о том, что реализация могла быть куда лучше…

7 из 10