Дунки

Второй фильм за год от индийских кинопроизводителей бросает открытый вызов мировой социально-политической системе. Сначала тамильский фильм «Одна планета, одна семья» (Yaadhum Oore Yaavarum Kelir, 2023) обозначил проблему беженцев, не могущих получить гражданство, теперь «Данки» пожаловался на нежелание других стран пускать к себе мигрантов просто так. Понятно, что подобные картины могли появиться только там, откуда идёт массовый поток трудовых мигрантов, но суть их обращения к миру, а конкретно перестать заботиться о безопасности своих государств в угоду стран третьего мира, вызывает большие сомнения в адекватности просящих. Не многие фильмы такой тематики доходят до мировой аудитории, но если расчёт идёт именно на это, то начинают задействовать тяжёлую артиллерию, как в случае с южно-индийским проектом на главную роль взяли Виджая Сетхупатхи, так и Болливуд выбрал своим амбассадором Шахрукха Кхана. Тем более, что «Данки» стал завершающим десертом в череде его последних хитов. Крепко выдержанный Шахрукх, не показывающийся на большом экране несколько лет подряд, произвёл вполне ожидаемый фурор. А тем временем каждый его фильм — и «Патхан», и «Солдат», и «Данки» — несёт в себе ощутимый социальный подтекст.

Настоящее возвращение Короля Болливуда на большой экран происходит именно здесь. Раджкумар Хирани в качестве подарка всем тем, кто до сих пор ностальгирует по прежним образам милого и романтичного Шахрукха, вводит его в историю весёлым малым, простым и бескорыстным парнем. Появляется он в деревне на манер своих прежних фильмов, высовываясь из дверей пришедшего поезда, весь такой обаятельный и привлекательный. Однако дух солдата, почитающего свою Родину, уже крепко врос в обновлённого Шаха и вылазит из него при каждом удобном случае. Это органично и правильно смотрится во второй половине фильма, когда герой отказывается оболгать Отечество ради собственной выгоды, но глупо и невпопад проявляется в эпизоде с тем самым поездом. Хирани не пошёл по стопам южно-индийского коллеги и не стал делать из фильма полноценную драму. Вместо этого он превратил сюжет в полудраматический фарс. Из-за этого первая часть кажется склейкой глупых анекдотичных сценок, не позволяющих проникнуться серьёзностью выбранной темы. Комедия бывает разной, но здесь она заменяется комичностью, что плохо влияет на качество фильма в целом.

Возвращаемся к Шаху и к его роли. В противоположность двум предыдущим фильмам тут экранных партнеров ему подобрали с учётом наименьшей звёздности. Таапси Панну хоть и доросла уже до главных ролей, но всё-таки уступает размаху популярности Короля. О других актёрах и говорить нечего. Хотя Хирани допустил некоторую вольность и, то ли сознательно, то ли не подумав, вписал в сюжет героя Вики Каушала с реальной трагической линией и блестящим драматическим исполнением. На фоне Каушала спасовал даже Шахрукх, хотя всем известно, что драма всегда была его сильной стороной. Но причина этому видится не в затухании таланта Шаха, а в неверном подходе к герою со стороны режиссёра, ведь с середины фильма с актёром происходят значительные метаморфозы. И опять же из-за этого глупость, которой была напичкана первая часть, становится слишком явной.

Заметьте, что изменения в характере происходят только у героя Шахрукха, хотя он по сути никогда не имел своей целью куда-то уезжать из страны. Он участвовал во всём этом, потому что влюбился и чувствовал несправедливость, но у него самого не было стремления что-то менять в своей жизни. Произошедшая трагедия превращает его из шута в серьёзного человека с военными замашками, и это происходит довольно таки резко, буквально за одну монтажную склейку. И уже до финала зрители могут наблюдать старого доброго Шаха — бровки домиком, глаза на мокром месте. Остальные персонажи, простите, но как были дураками, так и остались. Из этого можно сделать только один вывод — всё внимание должно быть отдано именно Шахрукху. А он транслирует любовь к Родине, верность друзьям, поддержку нуждающимся и, что самое важное, произносит значимые слова перед европейским сообществом, практически теми, кто решает человеческие судьбы.

В отличие от героя Сетху в «YOYK», который разразился в финале длинным и проникновенным монологом о нелёгкой судьбе беженцев, Шахрукх вступил в прямой диалог с представителями власти. По существу, ему были заданы вполне резонные вопросы, на кои были получены какие-то наивные ответы, как будто бы Индия совсем оторвана от нашей цивилизации и живёт исключительно в цветочном саду сказочного Болливуда, что совершенно не так, и тем удивительнее слышать подобные речи. К примеру, в ответ на вопрос: «Открыв границы страны для всех желающих въехать, не впустим ли мы к себе террористов? Как же наша безопасность?» — был получен такой ответ: «Но мы же не террористы». Вы может и нет, а другие? И дальше в том же духе.

Сказать по правде, фильм и снимался ради этих десяти минут в суде, где главный герой разглагольствует о том, почему Европа должна прекратить возню с визами и пускать к себе всех без разбора. И ради заключительных кадров с фотографиями из хроник, на которых изображены либо трупы, либо пробирающиеся тайком через границу беженцы, и всё потому, что бедняку нечем заплатить за визу или он не настолько грамотен, чтобы сдать экзамен на знание иностранного языка. Во всём этом виноваты развитые страны, но никак не правительство Индии, жители которой вынуждены искать лучшей жизни вдали от дома. Мало было показать Шахрукха с его желанием жить у себя на Родине, мало было сочинить душевные песни (а они действительно здесь очень красивые) о тоске по родной земле. Не было открытого настойчивого призыва коллективно влиять на повышение уровня жизни в своей собственной стране. Неужели создатели думают, что возможные опасности нелегальной иммиграции, типа «ослиного полёта» (donkey flight), могут остановить отчаявшегося человека? А в каких-то случаях режиссёр сам, как бы невзначай подсказывает, каким образом можно обмануть власти и добраться туда, куда нужно.

В целом фильм создаёт обманчивое впечатление поучительной сказки, как не надо делать, но между делом становится неплохим пособием по выживанию в трудных условиях. Если несколько неплохих эпизодов с «прежним» Шахрукхом и Вики Каушалом могут привнести в фильм немного художественного интереса, то всё остальное не дотягивает до серьёзного социального проекта просто потому, что режиссёр так и не смог определиться, к чему конкретно он вёл: хотел ли предостеречь соотечественников от нелегальной миграции, или же намекал другим странам, что мигранты всё равно проникнут на их территории, хотят они того или нет. В итоге запутанная позиция господина Хирани заставляет с недоверием относиться к третьему проекту Шахрукха, который, увы, не смог перебить неприятное послевкусие от его последних работ.