Ночной гость

Ночь. Милый, приятный и образованный столичный житель оказывается в деревенском домике. Здесь полно постояльцев, но Пал Палыча трудно не заметить. Он не такой как все. Предпочитает все красивое. Готов публично утверждать, что законы можно обходить. Вроде резок, но при том галантен. Так уж складывается, что он всегда оказывается в самом центре внимания. И это не всем нравится.

Так уж получается, что не чувствует он момент, не тактичен. И проявляется это в мелочах, но значительно. Вроде увлекся девушкой, и ничего предосудительного вроде и не сделал. А у нее скандал с мужем. Вроде поехал на ночную рыбалку, а выходит, что не всем удобно было сопровождать его. Вроде бы стал жертвой детской забавы, так еще он и пытается уберечь ребенка от наказания. А от окружающих только упреки. Ну и как ему быть дальше? Ведь конфликт почти на пустом месте разгорается.

Перед нами скорее этюд, зарисовка из деревенской жизни. Авторы оживляют странный и противоречивый рассказ Юрия Нагибина. Вдохновенная игра Смоктуновского может напрочь запутать зрителя. Слишком уж обаятелен главный персонаж. И при том, уж слишком против него ополчились. Осмысление этой агрессии и занимает все пространство фильма. И такая расстановка акцентов в известной мере ограничивает заданный в самом начале потенциал. '<i>Таинственный незнакомец. Ночь. Случайные знакомые</i>' - такой набор архетипов мог предполагать нечто куда более эффектное.

Финальная сцена вышла даже резче нежели в литературном тексте у Нагибина. Если известный советский писатель лишь оставил за персонажем чрезмерную мелочность, то постановщик Владимир Шредель пошел значительно дальше. 'Ночного гостя' нужно было заклеймить, публично принизить, выгнать. И этот момент показался мне совсем уж лишним. Для столь очевидной недружелюбности должна быть веская причина, а вот была ли она показана в фильме?

Ну и ладно. Видимо даже изображение столь нравоучительной резкости несет в себе отпечаток того далекого для нас времени. При этом перед нами фантастическая актерская игра Смоктуновского. Он будто все время беспричинно манерничает и очевидно кривляется. А, если присмотреться, то нет - таков уж склад характера его причудливого Пал Палыча. И этими моментами фильм уже интересен.

Отметил бы я и замечательную визуальную феерию - сцену ночной рыбалки. Смоктуновский ночью плывет на лодке. Его путь озаряет факел. А рыбу он ловит гарпуном. Незабываемое зрелище.

6 из 10

Именно нравственность становится главной темой и конфликтом сюжета. Нравственность как психологический критерий личности человека, словно продолжение линии классиков русской литературы Чехова, Островского, Тургенева, Короленко, Успенского. Отличие лишь в масштабе проявлений - ведь конфликт личностно-общественный у 'больших' авторов накладывался на конфликт социальный, но а в данном произведении описано время когда социальный конфликт отсутствовал и драматургам и актёрам требовалось всё их мастерство чтобы выявить и показать именно этот вариант общественного конфликта. Что удалось при замечательной наблюдательности Нагибина - создавшего цельное описание, Шределя - сумевшего воплотить это в цельность экранного повествования и Смоктуновскому, как носителю образа анти-героя, сыгравшему все нюансы характера. Новизна фильма для зрителя ещё и в ситуации проявления конфликта - это не привычные для советского кинематографа 'большие' дела 50х годов - стройки, шахты, верфи, заводы и даже не набирающие обороты темы взаимоотношений мужчины и женщины ставшей одной из двух крупных тем синематографа 'оттепельного'.

Сюжет строится на бытовом общении обычных людей где конфликт проясняется в простом общении малознакомых людей. Да, в определении правильности и неправильности поступков присутствует ещё доминирующая чёткая полярность. Когда 'оттепель' войдёт в полную силу, эта чёткость начнёт размываться вплоть до изменения полярности в фильмах неонатурализма второй половины 80х. И жаль что это как бы набросок темы, без вводных данных и выводов, последствий. Ведь гость как пришёл ночью, так и был выдворен в ночь, метафорично показывая очищение общества и характеризуя пришельца в те цвета, в которые он себя показал. Было бы интересно посмотреть как сценарист всю жизнь проходивший с 'дулей в кармане' описал появление склада характера у подобного персонажа, ведь за ним ощущается 'ташкентский фронт', затем занятие места отдавшего жизнь на настоящем фронте, человека и разрастание, словно опухоли, собственного 'величия' с опутыванием своими убедительными, 'искренними', 'реалистическими' щупальцами окружения, до полной утраты последними чувства собственной правоты и нравственных ориентиров, подрывая способность сопротивляться развороту в торжество неонатурализма.

8 из 10

Фильм интересным образом ассоциативно перекликается с картиной Алекса ван Вармердама «Возмутитель спокойствия», 2013 года. Открыв дверь незнакомцу, и пустив его в дом, всегда есть вероятность, что гость начнет менять равномерное течение событий, и влиять на происходящее. Вероятность очень сильно увеличивается, когда гость оказывается из другого круга, придерживается иных правил и имеет отличную шкалу ценностей. Некоторым множествам лучше между собой не пересекаться.

В «Возмутители спокойствия» в силу особенности жанра, это доведено несколько до абсурда, и представлено как вторжение чего-то неизвестного, возможно, из другого мира. В данной же картине, это скорее гость из другой социальной среды, протохипстер, опередивший время, оказавшийся в несвойственном ему окружении. Помочь выбраться герою берется бескомпромиссный солдат, пока два других героя картины ведут нерешительные воспитанные и философские разговоры.

Отличный фильм, вместивший в час времени, и социальную проблематику кругов общения, и показавший, что иногда надо поступать более жестко, чем обычно принято, чтобы не допустить больших бед. При этом герой – ночной гость, отнюдь не изгой, в другом кругу и среди иных он мог бы быть вполне органичен. Другой вопрос, конечно, что то за среда, которая будет для него естественна.

8 из 10

По жанру - редкое явление для советского кино... Действительно мистика с элементами сказочной фантастики... По содержанию ничего необычного для совка - антисемитская агитка... Необычно только то что уж все совсем белыми нитками... Но есть объяснение - в 1958 году Кнессет Израиля принял закон о еврействе и праве евреев всей Земли на Алию (возыращение на родину)... учитывая не совсем хорошие отношения СССР и Израиля на тот момент... плюс закон на алию - добавляющий головной боли советскому МИду и национальной политике СССР... власть отреагировала этим антисемитским фильмом... жаль что Смоктуновский и Шредель согласились в этом участвовать... но с другой стороны куда им было деваться... История с фильмом Еврей Зюсс, но советского разлива.

Прекрасный фильм Владимира Шределя является характерным примером, как в советской атмосфере всеобщего культурного лицедейства проявляли себя таинственные силы мистических форм бытия.

Действие фильма почти все время происходит в затерянном бог знает где деревенском доме, который вообще является классической сценой ужастиков всех времен и народов. Кроме этого дома существует река, еще один символ потустороннего, перехода из одного мира в другой, по которой в глубоких сумерках плавают лодки, а в них люди с вилами и полыхающими шестами, так что может и не люди вовсе, а черти. Когда такая лодка впервые появляется в кадре, главный герой фильма, собственно «ночной гость», сразу же вспоминает, будто ненароком, о мистических обрядах и культах.

Кто этот гость, внезапно появившийся в ночи из ниоткуда в дверном проеме? Нам известно, что до ближайшего города десять, кажется, километров, идет дождь, вокруг болото, у него нет с собой ничего, кроме пистолета-зажигалки, механической бритвы и перочинного ножичка. Называет он себя Пал Палыч и пытается всех уверить, что приехал в эти края порыбачить (никакого рыбацкого реквизиты у него, конечно, не имеется).

Вскоре, однако, истинная природа Пал Палыча становится очевидна — это дух, причем скорее китайского, чем русского происхождения. Китайские духи, как известно, существа неприятные, очень коварные, но вместе с тем и жалкие, причиняющие скорее мелкие пакости, чем серьезный вред. Таков Пал Палыч (в имени тоже много китайского) — он толкает красивую речь о том, как прекрасно нарушать законы (понятно, что не только юридические, но и физические), портит детей (добрая девочка под его влиянием бьет свою кошку по морде), пытается соблазнить и сбить с праведного социального пути девушку-невесту, втирается в доверие к бабушке-хозяйке, он жаден, прожорлив, нагл. При этом он единственный персонаж, чья профессия и вообще образ жизни остаются неизвестными. А неизменный платочек на шее как будто маскирует разрезанное горло, что тоже является частым атрибутом китайской нечисти.

Выгнать его из дому не так-то просто. Некоторые слабые попытки очарованных людей терпят крах. Для такого подвига требуется не обычный человек, а воин, в данном случае — Федор-солдат. Он избавляет дом от духа после чего, по словам рассказчика этой замысловатой истории, в доме стало «свободно дышать».

И тут-то, если у нас остались какие-либо сомнения, наблюдая процесс исчезания Пал Палыча, мы окончательно убеждены в его адской природе. Пал Палыч медленно, двигаясь спиной вперед, исчезает в проеме двери, жуткая усмешка на лице, медленно погружается в тень, всклокоченные волосы, безумный, лисий взгляд…

Таким образом «Ночной гость» — своеобразный вызов американскому хоррору, который в своей унылой однозначности и предсказуемости далек от зыбких, причудливых дорог, по которым ходила советская киноиндустрия, рассчитанная не столько на массы, как можно подумать, сколько на рафинированного, проницательного зрителя.