Прохиндиада, или Бег на месте

Не фильм, а ернический, обличительный портрет крупным планом. Сан Саныч Любомудров не имеет высшего образования, не блещет способностями, и даже не занимает руководящие позиции. Но этот мужчина умеет дружить. У него много близких друзей. С каждым у него свои счеты — фокусники, академики, экстрасенсы, цеховики. Каждому Сан Саныч готов сделать одолжение и получить нечто ценное взамен.

Исходя из этого, весьма понятного образа, создатели ленты и склеивали сюжет. Некогда красивая, а ныне выцветшая, покорная жена и бунтующая дочь. Вполне себе конформный зять. Резкий руководитель, который не приемлет методы Сан Саныча. Вот и вся нехитрая канва.

Всего лишь три испытания и все идет наперекосяк. Первые два связаны с дочерью. Вначале она отказывается от прослушивания, потом за день перед организованной отцом свадьбой решает, что ее избранник не отвечает ее высоким требованиям. Как быть отцу? В первом и во втором случае он еще может что-то придумать, как-то договориться... Но как быть, когда его товарища с большой степенью вероятности посадили? Тогда наш Сан Саныч идет в «высокие кабинеты» за помощью. Но как ему помочь, если он сам чего-то боится? Как уйти в бега, если вся твоя жизнь бег на месте?

Мне кажется, что этой ленте не хватило действительно интересной истории. Сам по себе Любомудров — персона архетипическая. Александр Калягин замечательно показал его - серого сотрудника безызвестного научно-исследовательского института, который оказывается теневым кукловодом. Вышла собирательная персона. Время расцвета любомудровых придет чуть позже — в 90-х. Тем ценнее кинематографический слепок из доперестроечных времен. Но Любомудров заслуживал куда более интересных приключений.

Чуть позже и Рязанов, и Шахназаров, как мне кажется, ориентировались в том числе и на Любомудрова при создании куда более интересных и многоплановых «Забытой мелодии...» и «Курьера». Кстати, Алексей Балабанов в 'Грузе 200' также сделал прямую отсылку на историю Любомудрова. 'Прохиндиада' начинается с песни на слова Марцинкевича 'В краю магнолий'. Ровно эти же слова будут и в картине Балабанова: '<b><i>Не зная горя горя горя, В краю магнолий плещет море</i></b>'.

5 из 10

В комсомольской юности очень любила этот фильм как социальную драму. Теперь же - просто обожаю как драму семейную. Как понятны и близки отеческие треволнения Сан Саныча! Вообще, милейший человек, преданный семьянин, нежнейший папочка. И это мы когда-то воспринимали как социальную сатиру?! Не на кого тут быть сатире. По такому 'объекту критики' можно судить, что время позднего СССР - воистину благословенное время. Эпоха невинности, когда и порок был славно-уютным, - порок в домашних тапочках.

Режиссёр мне не знаком, но только гений мог так обуздать пошло-избыточную натуру Гурченко и выявить всю тонкость и глубину её таланта. Аналогичные примеры - 'Старые стены', 'Пять вечеров', 'Вокзал для двоих'.

Ну, с Калягиным всё ясно - то, к чему он прикасается, превращается в золото высшей пробы.

7 из 10

Он востребован на работе, но при этом у него куча других дел. Он снует от жены к любовнице, но ему всегда не хватает времени и он вынужден передвигаться бегом. По собственному выражению, он нужен всем, но в действительности все прекрасно могут обойтись без него. Его зовут… нет, не Андрей Бузыкин, и он не герой «Осеннего марафона». Этот господин преисполнен самомнения, позволяющего ему в частности величать себя «добрым волшебником», но по паспорту он Александр Александрович Любомудров. Попросту Сан Саныч, как его зовет немалая часть московской номенклатуры. Непревзойденный мастер сводить мосты, договариваться с нужными людьми и поддерживать знакомства на все случаи жизни. Никто не зовет оборотистого сотрудника конструкторского бюро Любомудрова «прохиндеем», но мысль о таком определении проносится в голове едва ли не каждого облагодетельствованного друга. Сан Саныч – продукт советской системы, вставшей на путь перестройки? А может быть, он человек будущего, каким и должен быть гвардеец построенного коммунизма? Все не так просто.

Противопоставить героя Александра Калягина центральному персонажу «Осеннего марафона» - самое простое, что может прийти в голову после просмотра «Прохиндиады». В самом деле, Сан Саныч – модифицированный вариант безвольного Бузыкина, который в своем диком графике ухитряется быть везде и притом сохранять достаточно энергии. Такой человек словно не имеет возраста, он вечно где-то скитается, а наивным сослуживцам остается только любоваться на неизменный пиджак на спинке стула. Где бы ни объявился Сан Саныч, везде он чувствует себя как дома. Даже лучше чем дома, ведь в родной обители его ждут вечно кислая жена, способная лишь подавать чай, да беспутная дочь, которая не может ни выучиться, ни кавалера себе достойного подобрать. Калягин изобразил не конкретного члена социалистической семьи, а инородный организм, способный внедриться куда угодно. Вопрос только в том, что приносит такая жизнь Сан Санычу? Деньги? Полноте, он постоянно живет в долг. Положение в обществе? Опять же нет, во всяком случае, даже в чем-то обязанные ему «шишки» не выказывают особого уважения. Ощущение собственной значимости? Это уже ближе, тем более и любовница ему нужна явно не для плотских утех. Сказочные волшебники были далеки от корысти, их подпитывало собственное добро. Вот и их «коллега» из перестроечного союза сыт малопонятными продуктами.

Сценарий Анатолия Гребнева неспроста отправил Сан Саныча «бегать по кругу». Подобная деятельность не имеет логического конца хотя бы потому, что Москва – огромный город, и в нем не переведутся просители и проблемные знакомые. Пронизывающая сознание музыка Алексея Рыбникова далека от мажорной тональности. Серый, унылый пейзаж, вечно хмурое небо, карета «Скорой помощи» и «пожарка» в качестве такси для вечного бегуна - фильм Виктора Трегубовича показывает не саму жизнь, а ее гротескное подобие. Как бы ни изворачивался Сан Саныч, а он все больше начинает походить на белку, которая разгоняется в колесе, но не в силах соскочить с него. Картины ресторанных посиделок или «культурных выездов» в сауну призваны обнажить лицемерную сущность людей, которых господин Любомудров гордо зовет «друзьями друзей». Впрочем, едва ли Сан Саныч настолько наивен, чтобы не понимать цену подобной дружбы, хотя и его непогрешимым назвать сложно. Взаимоотношения хваткого проектировщика с начальником – наглядная иллюстрация неадекватности собственного восприятия в мире. Хитрый и дальновидный Сан Саныч не избегает характерной ошибки, когда мнит себя умнее других.

«Прохиндиада, или Бег на месте» как фильм перестроечного периода довольно быстро сошел с орбиты зрительского интереса, едва поднялась скандальная волна вокруг «Маленькой Веры» и «Интердевочки», но это лишь первая из причин забвения. Вторая и главная – недоработанный сценарий. Возводя культ вокруг предприимчивости Любомудрова, постановщикам отчего-то не пришло в голову, что все вокруг не круглые дураки и должны понимать цену его поступкам. Семейный быт мастера на все руки – плоская и лишенная жизни декорация с легендарной Гурченко в роли фанерной перегородки. В отличие от супруги приснопамятного Бузыкина, госпожа Любомудрова не имеет и права голоса, хотя бы в воспитании дочери. Непонятно, как славящаяся крутым нравом Людмила Марковна вообще согласилась на такую никчемную роль. Опрометчивость режиссерской ставки на Калягина привела к тому, что театр одного актера оказался бродячим – как приехал, так и уехал. Одному Сан Санычу было несложно изобразить другого Сан Саныча, но для сброса ярлыка «кино своего времени» этого оказалось недостаточно.

Давно уже стала частью истории эпоха тотального дефицита, в которой так здорово нашел себя неприметный с виду проектировщик. Однако сам типаж вхожего во все кабинеты человека нисколько не потерял актуальности и в наши дни. Если отнестись к «Прохиндиаде» как к притче, то и Сан Саныч более органично будет смотреться как фольклорный персонаж. Вокруг него на экране все ненастоящее, будто многомиллионная Москва превратилась в еще один Город Зеро. Способен ли такой человек о чем-то сожалеть, раскаиваться и сознавать ошибки? Едва ли. Даже будучи публично униженным, он плевок с неба посчитает божьей росой и побежит себе дальше. Совершенно несоветский типаж логичным образом не стал памятником ушедшему времени, но заставил с большей серьезностью отнестись к правильному толкованию известного понятия. У Сан Саныча было много обязанных, и сам он вечно был кому-то должен, но дружба потому и дружба, что бескорыстна. За другом не нужно бегать, он сам будет рядом в критический момент. Вероятно, наговорит кучу неприятных вещей, но не от злости или зависти, а ради добра и счастья своего товарища. В царстве всеобщей лести и лебезятничества дружбы нет и быть не может. Поэтому и Сан Саныч Любомудров в исполнении Сан Саныча Калягина – интересный персонаж, но в рамках абстрактного общества. В реальном – такому человеку места нет.

6 из 10