Через тернии к оргазму
Ирландский писатель Оскар Уайльд представить себе не мог, что одна порноактриса позаимствует фамилию его персонажа и прославится с ней на весь мир. Не так давно начав свою карьеру в соответствующей индустрии, Саша Грей быстро обучалась и заполучила главную партию в картине с громким названием «Супершлюха». Плохим девушкам везде рады, особенно если они полны энтузиазма и решимости. Грей не занимать ни того, ни другого, поэтому она призвана оправдать принцип настоящих честных деятелей порноиндустрии, подразумевающих секс для всеобщего удовольствия. Что может быть приятней? Сам Уайльд говорил, что все очаровательные люди испорчены и в этом-то и есть секрет их привлекательности.
Под нарезкой горячих кадров и представлением имён актёров, мелькает голодная девчонка в различных образах и антуражах, что вполне может послужить нехилым возбуждающим импульсом для любого эротомана. «Я Саша Грей, я супершлюха!» — сексуально мурлыкает она зрителю, настраивая последнего на нужный лад. Впрочем, как известно, доказывают не словами, а поступками, но пренебрегать вздохами и причмокиванием всё же не стоит, и героине есть, чем порадовать искушённую публику. Не покладая рук, а вместе с тем и немаловажных частей тела, Грей искусно демонстрирует тонкую технику нелёгкой профессиональной деятельности, и даже давая задействовать усилия партнёра, она не менее виртуозно выявляет работоспособность своих голосовых связок. Героиня нередко смотрит прямо в камеру, и словно слыша молвы своих фанатов вроде «громче!» или «жёстче!» — продолжает старательно трудиться. Звёздная роль требует высокой самоотдачи как-никак.
С каждой новой историей меняется обстановка, а вместе с ней, соответственно, декорации и костюмы, ну и образ главной героини, само собой. И всё для того, чтобы зритель не заскучал от однообразия. Героиня то поддаётся, то повелевает, в одной сцене она может сыграть на кожаной флейте мужика, а в другой — прильнуть к даме между ног. Режиссёр не собирается придумывать новые позы для секса или же эффектные сцены эакуляции, хватит и неугомонных громких стонов Грей, жаждущей горячей спермы на лице. Безусловно, «Супершлюха», как и многие другие порнофильмы, служит одной цели: возбудить и доставить удовольствие. И с этой задачей она справляется. Единственной отличительной чертой служит разве что преимущественное восклицание «Ooh, my pussy» из уст актрисы, чем пресловутое «Fuck me», и, похоже, это не отголоски эгоцентризма, а педалирование индивидуализма — собственно, эйфория от личного полнометражного фильма.
Известные киноленты, такие как «Париж, я люблю тебя» или «Нью-Йорк, я люблю тебя» сочетают в себе истории людей, происходящих в разных местностях конкретного города, но все они призваны любить этот самый город. «Саша Грей Супершлюха» поставлена в лучших традициях подобных картин, только вот на месте города здесь порноактриса, и влюбляет она в себя не менее привлекательными чертами. Концепцию так же можно сопоставить с озорной комедией «Четыре комнаты», в числе режиссёров которой Квентин Тарантино и Роберт Родригес. В упомянутой киноленте все новеллы были связаны с одним героем, как и в этом случае. Вполне возможно, что режиссёр сего фильма черпал вдохновение и заимствовал тарантиновский и родригесовский стиль, и не просто сюжетной составляющей, но и беспощадностью и жестокостью своих действий, а в чём-то даже превзошёл их, ведь у «Супершлюхи» вместо четырёх новелл — все пять.
В конце фильма режиссёр демонстрирует традиционную подборку испорченных дублей, но помимо типичности, этот приём отлично показывает задумку постановщика, а именно что съёмки в порнофильме требуют немало усилий, выносливости и терпения. Героиня то вопит и стонет, то игриво шепчет, тем самым выявляя всю гамму человеческих эмоций, которая только может возникнуть в таких условиях. Несмотря на отсутствие цельности сюжета, Саша Грей сумела отстоять свою честь. С игривой улыбкой она не раз повторит зрителю, что является супершлюхой, настойчиво демонстрируя свою твёрдость, да и, вероятно, подобным жестом взывает женскую половину на повторение своих манипуляций.
Ну что, девчонки, дерзнёте?
