«О волшебных сказках»
Давным-давно, когда в мире ещё обитали драконы и были они «сродни звёздам», словно сон, мечта, волшебство. В те времена маги помогали людям, а справедливые короли достойно правили своим государством. Но вдруг на земли людей стали обрушиваться невзгоды, сила магов сковываться неожиданным забыванием заклинаний, а в мире начала господствовать разруха. Однажды волею судьбы пересеклись дороги наследного принца Аррена и мага Ястреба, которым предстояло восстановить Равновесие, нарушенное колдуном Пауком, возжелавшим получить бессмертие. Интригующе, не правда ли? Вероятно, так считали и создатели анимэ «Сказания Земноморья», когда задумывался этот проект. Однако на каком из этапов произошёл сбой сейчас определить сложно: то ли продюсер Тосио Судзуки ошибочно понадеялся и слишком поспешно возложил все полномочия на совсем ещё неопытного Горо Миядзаки, то ли амбиции начинающего режиссёра и сценариста сыграли с ним злую шутку, когда было принято решение использовать за основу полностью переработанную им книгу американской писательницы Урсулы Крёбер Ле Гуин, но результат оказался очень спорным и даже разочаровывающим.
Вселенная, созданная фантазией Ле Гуин, настолько уникальна и детально проработана, что после просмотра японской версии остаётся лишь недоумение: как можно было так убить сюжет, что в итоге остались лишь одни обрывки да имена персонажей?! Наиболее приверженные фанаты скажут, что это фильм «по мотивам». Наверное, да – по мотивам, но по каким? Ведь из четырёх книг о Земноморье Горо Миядзаки выхватил третью «На последнем берегу» и завершающую цикл четвёртую – «Техану». В то же время Миядзаки-младший неоднократно делает отсылки к первым двум книгам без расшифровки их идей и содержания. Сценарий провисает с самого начала, когда юный принц Аррен внезапно убивает своего отца без причины (чего в книге не было вообще). Более того, по ходу повествования эти мотивы тоже не всплывают на поверхность. Получается – убил, потому что убил. Мир Земноморья в фильме представлен однобоко и плоско. Нет ни островов, где живут драконы, ни древних лесов, что занимают значительное смысловое поле в книге, ни мира мёртвых, куда спускаются главные герои в поисках истины и сохранения Равновесия. Только единичные пришедшие в упадок брошенные крестьянами дома, иссохшие пролески и огромный город Хорт, что напоминает средневековую Италию. При чём Горо почему-то показалась удачной мысль ввести в повествование работорговлю. Однако этот момент не получил художественного развития ни в ключевых идеях, ни во второстепенных. С художественным замыслом вообще получилось туго, так как философские мысли Ле Гуин о вопросах жизни и смерти, проблеме выбора и баланса были значительно урезаны, а собственных Миядзаки-младший не особо то и вложил. Вместо размышлений обычная нравоучительная болтовня. Нет объяснения, почему вдруг личность Аррена раздвоилась и Тень стала преследовать его. Эта идея была в первой книге Ле Гуин «Волшебник Земноморья», где рассказывается, что это такое, что с темнотой в душе нельзя покончить с помощью меча, даже если он наделён необыкновенными свойствами. Здесь же всё зло удобно олицетворяет маг Паук, которого можно просто убить.
Особую роль в повествовании играют Истинные Имена. Они – ключ к пониманию сущности людей и философии фэнтезийного мира Земноморья. Но даже это создатели умудрились довести до примитивизма. По Ле Гуин самая большая клятва верности – назвать друг другу Истинные Имена. Каждое имя – это уникальный код. Так, например, у Аррена (означающего «меч») Истинное Имя – Лебаннен, то есть «ясень». Ясень – это символ Мирового дерева, основы мира, высшей и справедливой власти, что совсем не соответствует таковому в анимэ. Значение Истинного Имени не раскрывается ни художественными приёмами, ни в диалогах, ограничиваясь лишь тем, что нельзя никому его называть. И так можно перечислять до бесконечности… Ясно одно, что не только Урсула Ле Гуин была разочарована получившимся анимационным фильмом, когда ограничилась корректным: «Это не моя книга», но и многие поклонники творений, выпускаемых студией Ghibli. Казалось бы, для последних в фильме есть всё то, что они любят – внешне узнаваемые персонажи, столь напоминающие героев из фильмов Миядзаки-отца, трогательная эпическая музыка, сопровождающая повествование, высокоуровневая озвучка сэйю – японскими актёрами. Только вот здорово прорисованный статичный задний фон создаёт впечатление какого-то мёртвого неодушевлённого мира, где для столь неспешного повествования почти нечего созерцать, где персонажи вроде бы двигаются и что-то говорят. Но если присмотреться внимательнее, то даже скалькированная внешность героев перестаёт играть в плюс этого фильма. Впечатление вторичности просто не оставляет во время просмотра. Вместо «Сказаний» в голове мелькают образы, созданные талантливой рукой Хаяо Миядзаки в манге «Путешествие Сюны», фильмах «Навсикая из долины ветров», «Небесный замок Лапута» и «Принцесса Мононоке». А когда начинаются эпизоды с участием колдуна Паука и вовсе возникает диссонанс – словно совместили два разных жанра, ведь в мультфильмах Миядзаки-отца никогда не было откровенных злодеев и этот образ был создан специально для «Сказаний Земноморья». Только получился он чужеродным, заметно контрастирующим по манере рисовки, со схематичным убогим миром Паука. Всё как-то слишком прямо для японского аниматора. Фильм напрочь лишён тонкого лиризма и волшебства, присущих анимации Хаяо Миядзаки. Оттого и самым запоминающимся моментом анимэ остаётся лишь грустная нежная песня девочки Терру, исполненная Аои Тесима a cappella.
Первый блин оказался комом, но пройдёт пять лет и Горо Миядзаки создаст аутентичный и трогательный анимационный фильм о девочке, поднимающей каждое утро флажки в память о погибшем на войне отце-капитане, о первой детской любви. Фильм, которым действительно можно гордиться.
