Опьянение свободой
Испанское кино постфранкистской эпохи удивительным образом напоминает о временах перестройки и крушения Советского Союза. Точно так же, кинематографисты Пиренейского полуострова внезапно оказались в состоянии, когда перед ними словно бы распахнулись все двери, не осталось закрытых тем и табу, разрешалось абсолютно все и не существовало никаких ограничений. И некоторые, ошалев от подобной свободы, пустились кто во что горазд.
В эротическом кино, например, это породило удивительное и не имеющие мировых аналогов явление, названное «clasificada S». А в том, что принято называть «мейнстримом» дало толчок к созданию множества «странных» фильмов, которые в России были в свое время метко названы «порнухой» и «чернухой». Хотя ни к порно, ни к фильмам ужасов никакого отношения не имели, а просто весьма своеобразно переваривали наследие авторитарной эпохи.
«Мужчина, который был Осенним Цветком» как раз к таким «странным» фильмам и относится. В его автора, баска Педро Олеа словно вселился бес противоречия, который изо всех сил шептал на ухо режиссеру: «Свобода! Свобода! Свобода!». И тот, в такт этим нашептываниям, старательно экранизировал актуальную на тот момент театральную постановку, расказывающую о трансвестите-анархисте, борющимся «за вашу и нашу свободу» против «ужасной» тирании Примо де Риверы.
Герою фильма Юису де Серракану мало индивидуальной свободы, которой он обладает в образе певицы из травести-кабаре по имени Осенний Цветок. Он стремится распространить ее на все общество, которое никак не хочет сбросить с себя оковы отжившей ханжеской морали, религиозных и государственных институтов, полицейских ограничений. Личного фронта, на котором сражается Юис, заставляя принимать себя таким, какой он есть на самом деле – ему мало. Он и здесь идет до конца, открываясь после долгой внутренней борьбы перед матерью и перед аристократическим истеблишментом. Ни угрозы, ни побои не могут остановить человека со стальным внутренним стержнем, который находится внутри Юиса, несмотря на его женственный внешний вид. Но сражения Осеннего Цветка – это всего лишь маленький частный фронт.
Натура же Юиса мелких дел не приемлет, равно как и малейшего намека на конформизм. Ему необходимо взорвать все общество, а не только маленькую его часть. Осенний Цветок на это не способна. А решительный террорист, взрывающий правительственный поезд – очень даже. И вот группа молодых людей разрабатывает план диверсии на железной дороге, которая должна дать толчок революционному перевороту. Ведь жить в условиях диктатуры (Примо де Риверы, Франко или просто Черта Лысого) для стремящейся к абсолютной Свободе души – невыносимо. Юису мало освободить себя – он жаждет свободы для всех. Анархизм для него – естественное состояние человека, ведь только в постоянной революции может существовать личность.
Начавшись как история бунта транссексуала против гомофобного общества, «Мужчина, который был Осенним Цветком» очень быстро свернул с успевшей набить оскомину уже в 70-е темы нетрадиционной сексуальной ориентации в сторону политической драмы, в которой ее авторы недвусмысленно симпатизируют герою, стремящемуся «разрушить все до основанья». Точно так же, как авторы эпохи советской перестройки симпатизировали борцам с «тоталитаризмом», совершенно не пытаясь осмыслить, к чему такая борьба может привести.
Зато, похоже, это прекрасно понимал Хосе Сакристан, который не случайно был назван актером года в Испании за роль Осеннего Цветка. Он блестяще играет человека, за томной женоподобной внешностью скрывающего непоколебимую волю, никогда не показывающего на людях свою слабость, готового идти до конца, не считаясь ни с какими жертвами. Режиссер стремился показать революционную романтику, Сакристан изобразил жестокую реальность. Юис – рыцарь революции без страха и упрека, вождь, за которым его товарищи идут без единого вопроса. Вот только куда он их способен завести? Да, среди жизней, которые Серракан готов положить на алтарь Свободы, его собственная числится первой. Но если ее не хватит – придется скармливать Молоху все новые и новые души.
С тем Юисом, которого играет Сакристан, бесполезно разговаривать и убеждать. Его устремленный в бесконечные дали взгляд выдает человека, который все для себя давно уяснил и абсолютно уверен в свей правоте. Люди рядом с ним – либо ведомые, подобно его товарищам-анархистам, либо – враги Свободы, с которыми не о чем говорить. Сам Юис уверен, что Осенний Цветок – это его настоящая сущность. Но актер знает о своем герое больше – и достает со дна романтичного травести властолюбивого и безжалостного человека, романтизм которого в любой момент может превратиться в жестокую тиранию.
Благодаря актеру фильм становится значительно большим, нежели романтично-либертарианская рапсодия, задуманная режиссером. Но все равно остается плоть от плоти периода постфранкистских преобразований. Вне их контекста пытаться разобраться в «Мужчине, который был Осенним Цветком» не стоит даже пытаться – он так и останется «странным» фильмом о транссексуале-террористе. Но если помнить, что у каждой эпохи – свои герои, картина Педро Олеа способна открыть себя с самой неожиданной стороны.
